М. Кулыбин.
![](texts2/130209news_html_m2ad60785.png)
ДВА
СЛОВА О ВОЙНЕ
Я долго
думал, писать
ли эту небольшую
заметку, ведь
она может кого-то
оскорбить,
обидеть, возмутить,
но в конце-концов
решил ее опубликовать,
невзирая на
то, что она способна
задеть чьи-либо
патриотические
чувства. Дело
в том, что есть
вещи, которые
ценны более,
чем патриотизм.
Одна из них –
Правда. Истина,
как известно,
– одно из органических,
онтологически
присущих свойств
Господа, и стремление
к ней – человеческая
добродетель:
«Алчущие и
жаждущие правды
– насытятся».
Сегодня
на самых разных
уровнях активно
и целеустремленно
дорабатывается
мифологизированный
еще в советские
времена образ
II Мiровой войны.
Создается
легенда, в
соответствие
с которой в
ответ на вероломное
нападение
«фашистской
Германии» весь
советский народ
«едиными усты
и единым сердцем»
откликнулся
на призыв «великого
вождя и учителя
И. В. Сталина»,
и собрал все
силы для отпора
врагу. Далее
– о героизме
и патриотизме.
И в заключение,
вновь о военном
гении (а в модной
сегодня интерпретации,
еще и «православности»)
генералиссимуса
Сталина и маршала
Жукова.
Во всем
этом мифе есть
только пара
честных слов
– о героизме
и патриотизме
русских людей,
вставших на
борьбу с внешним
агрессором,
забыв о враге
внутреннем
– поработившем,
разорившем
и уничтожавшем
Россию большевизме.
Большинство
было отчасти
обмануто
развернувшейся
(и до тех пор
немыслимой!)
«патриотической»
агитацией
коммунистов,
а отчасти считало
явного внешнего
врага опаснее
внутреннего.
Благодаря этому
большевикам
удалось сохранить
власть над
Россией еще
на 45 лет (после
чего, развалив
страну, благополучно
передать ее
своим разноликим
последышам),
а также распространить
свой тюремный
режим на ряд
стран Восточной
Европы и Азии.
Таким образом,
добыв освобождение
для одних, обманутый
большевиками
русский человек
принес рабство
другим. Стоит
ли после этого
удивляться
широкой неприязни
по отношению
к нам со стороны
многих европейских
народов? Ведь
у людей короткая
память и бездна
самооправдания,
поэтому им
проще «забыть»
о своих «строителях
коммунизма»,
отождествить
«советское»
с «русским»
и превратить
антисоветизм
в русофобию.
Есть
и еще один жуткий
итог II Мiровой,
который приносит
сегодня, и будет
приносить в
обозримой
исторической
перспективе
еще множество
вреда возрождению
России на ее
исторических
устоях. А заключается
он в следующем.
Большевистская
идеология в
массовом сознании
обанкротилась
полностью. У
нее, и идущей
в связке с ней
концепции
«общности
исторической
судьбы России»,
представляющей
революцию 1917
г. и десятилетия
кровавой
богоборческой
тирании естественными
этапами развития
русской государственности
(кстати, этот
подход любезен
сердцу и либеральным
русофобам всех
мастей, трактующим
Совдеп, как
вариант Самодержавия),
остался только
один козырь
– «Великая
Отечественная
война». Не случайно,
поэтому, за
нее, как за якорь,
держатся все,
кто стремится
вести «генеалогию»
современного
Российского
государства
не от исторической,
Православной,
Царской России,
а от Большевизии.
Сталин, как по
мановению
волшебной
палочки, перестает
быть палачом
и убийцей, и
превращается
в «мудрого
вождя», уверенно
ведущего народ
к победе. Даже
сегодня в десятках
городов России
строятся планы
установления
ему памятников(!).
Их, разумеется,
хотят поставить
на за раскулачивание
и коллективизацию,
не за голод в
Поволжье и
голодомор на
Украине, не за
миллионы
репрессированных
и сгинувших
в ГУЛаге, не за
почти полную
ликвидацию
Православной
Церкви на
«подведомственной»
территории
(и не надо вспоминать
ослабление
«режима заключения»
после 1943 г. – за
это надо благодарить
Гитлера, который
своим наступлением
вынудил большевиков
«откорректировать
церковную
политику»; не
говоря уж о
том, что «конкордат
1943 г.» окончательно
поставил иерархию
Московской
патриархии
в полное подчинение
богоборцам10
). Памятники
хотят ставить
за «Великую
Победу».
10 По
словам прот.
Льва Лебедева,
«имелись уже
очень многие
публикации
Зарубежной
Церкви (а в последнее
время и местные,
российские)
о происхождении
и сущности
Московской
лжепатриархии.
Из этого обширнейшего
материала
явствует, что
«патриархия»
в самом возникновении
явилась совершенно
антихристовой,
антицерковной
организацией.
В 1927 году митрополит
Сергий, выпущенный
из тюрьмы, где
он согласился
на полное
сотрудничество
с большевиками,
создал «синод»
исключительно
из тех, кого
ему указали
органы НКВД.
«Синод» был
создан вопреки
канонам, единоличным
распоряжением
Сергия и не был
признан уже
по этой одной
причине большинством
Русского епископата,
находившегося
в России (не за
границей!), в
основном, конечно,
— в тюрьмах и
ссылках. Митрополит
Казанский
Кирилл тогда
же прямо призвал
не подчиняться
этому «синоду».
Сергий затем
последовательно
и быстро узурпировал
власть в церковных
делах, на что
не имел никакого
права, будучи
только заместителем
патриаршего
Местоблюстителя.
Он
отказался быть
в послушании
Местоблюстителя
митрополита
Петра (потому,
что, мол, тот
находился в
ссылке), хотя
официально
м. Петр поминался
в уставных
прошениях и
на сергианских
приходах, и во
всей РПЦЗ (и в
Катакомбной
Церкви – прим.
ред.), как временный
Глава Русской
Церкви. В 1934 г.
Сергий присвоил
себе титул
«Блаженнейший»
(свойственный
Главе Церкви),
чем сделал себя
выше того, кого
он замещал. Но
в 1935 г. митрополит
Петр должен
был выйти из
ссылки (кончился
ее срок) и Сергий
обязан был
передать ему
управление
Церковью. Тогда
Сергий написал
письмо в НКВД,
где доказывал,
что если передать
дела митр. Петру,
то «рухнет то
здание (сотрудничества
Церкви с Советской
властью – прим.
ЛЛ), которое с
таким трудом
созидалось».
Чекисты вполне
поняли; Владыка
Петр был вновь
отправлен в
ссылку и в 1937 г.
расстрелян.
Так, через кровь
законного
Предстоятеля
Русской Церкви
в отечестве,
власть над ней
незаконно
захватил Сергий.
Уже по одной
этой причине
сергианское
церковное
управление,
называемое
«Московской
патриархией»,
не является
преемницей
той подлинной
патриархии,
которую возглавлял
Святейший
Патриарх Тихон.
Но этим иудиным
предательством
и нарушением
канонов дело
не ограничивалось.
Как известно,
в 1927 г. Сергий и
несколько
епископов-отщепенцев
выпустили
знаменитое
Послание, известное
более под именем
«декларации»,
где заявляли
о полном (!) духовном
(!) единстве
Христовой
Церкви с антихристовым
режимом!
Там
якобы от имени
всех православно
верующих говорилось
не просто о
лояльности
гражданской
власти, не просто
и не только об
отказе церковнослужителей
от политической
борьбы с ней
(об этом в свое
время уже заявлял
и Патриарх
Тихон), а о том,
что верующие
хотят признавать
Советский Союз
«своей гражданской
родиной, радости
и успехи которой
– наши радости
и успехи, а неудачи
– наши неудачи».
Тут же пояснялось,
какие «неудачи»
имеются в виду:
«Будь то война,
бойкот (!?), стихийное
бедствие, или
убийство…
подобное Варшавскому
(!) – это удар,
направленный
в нас» (то есть
– в Православную
Русскую Церковь!…),
— утверждалось
в «Декларации».
Итак,
убийство в
Варшаве Войкова
(Вайнера) – одного
из главных
организаторов
убийства Царской
Семьи — объявляется
сергианской
«патриархией»
ударом в православных,
в Церковь!…
Это уже не простая
«гражданская
лояльность»,
это – духовное
братание, породнение
«патриархии»
с большевицким
режимом, с его
кровавыми
деяниями, с его
антихристовой
природой.
Естественно,
что такого
чудовищного
породнения
и братания не
приняли все
подлинно православные
русские люди,
священники,
епископы, как
в России, так
и за границей,
«Декларацию»
в этой части
осудили соборно
Соловецкие
узники, подавляющее
большинство
архиереев.
Епископ Дамаскин
Черниговский
написал обширное
письмо Сергию
с призывом
отказаться
от занятой
позиции, заявив,
что если он все
же пойдет по
этому пути, «то
без нас», т.е.
без всего собора
епископов, в
России сущих.
Особые письма
с осуждением
«декларации»
и выраженного
в ней братания
с антихристами
написали Сергию
виднейшие
русские митрополиты,
— Местоблюститель
Патриаршего
престола Петр
(Полянский),
еще один кандидат
на этот пост,
назначенный
Патриархом
Тихоном, Кирилл
(Смирнов), старейший
из архиереев
и в свое время
— кандидат в
Патриархи –
Антоний (Храповицкий),
находившийся
за границей,
и другие. С приходов,
с мест сотнями
возвращались
Сергию экземпляры
«декларации»,
не принимаемой
простыми верующими
людьми.
Началось
движение
«непоминающих»,
т.е. тех, кто
отказывался
молиться за
Сергия и его
лжепатриархию.
Вскоре началось
создание и
Катакомбной
Церкви, т.е. общин,
уходивших на
нелегальное,
подпольное
положение. Всех
несогласных
с «Декларацией»
сергианская
«патриархия»
тут же выдавала
органам НКВД,
и кровь православных
обильно омочила
ризы Московской
лжепатриархии.
В 1934 г. митрополит
Кирилл написал,
что таинства
в этой «патриархии»
могут быть
спасительны
только для тех,
кто идет к ним
«в простоте»,
«не подозревая
ничего неладного
в сергианском
устроении
Церкви». Но они
совершаются
«в суд и осуждение
самим совершителям»,
а также тем,
кто знает о
предательстве
и отступничестве
сергиан и все
же идет к ним.
(Другие Новомученики
считали МП и
вовсе безблагодатной!)
Владыка Кирилл
был в 1937 г. тоже
расстрелян.
В наши дни
«патриархия»,
продолжая
обманывать
народ, утверждает,
что все это
(!!) делалось Сергием
и тогдашней
«патриархией»
для «спасения
Церкви». Ничего
подобного! В
самой «декларации»
предельно ясно
сказано, что
«патриархия»
братается с
антихристами
в надежде, что
они разрешат
ей устройство
центрального
и местного
церковного
управления
(и только /!/, отнюдь
не сохранения
Церкви, верующих!).
И в самом деле
на глазах
«патриархии»
(и часто по ее
же доносам)
уничтожались
епископы, священники,
монахи, миллионы
(!) простых верующих?
Закрывались
монастыри и
храмы, причем
многие разрушались.
С 1917 по 1941 г. было
уничтожено
205 епископов.
Более 30-ти оказались
за границей.
На свободе,
возле Сергия
остались к
началу только
20 архиереев,
особо угодных
партии большевиков
и ее репрессивным
органам. Сохранено
было также
около 100 действующих
храмов, которые
назывались
«показательными».
Многие
думают, что
большевицкий
режим стремился
к полному уничтожению
религии. Православия
в частности
и главным образом.
Это ошибка. В
каком-то конечном
счете, в отдаленной
перспективе
такая цель
была. Однако,
вдохновляемые
диаволом его
верные служители,
будучи очень
реалистичными,
хорошо видели,
что Церковь
и веру просто
так, быстрой
кампанией не
уничтожишь,
что более того,
в остатках
русского народа
при определенных
обстоятельствах
возможен подъем
веры. Поэтому
им было очень
важно и нужно
сохранить некую
подделку иод
Церковь, ее
фальшивое
подобие, дабы
в любой нужный
момент она
могла стать
ловушкой для
доверчивых,
решивших обратиться
ко Христу. Случай
вскоре же и
произошел.
Началась война
1941-1945 г.г., когда до
половины этнических
русских, оказавшись
пред лицом
смерти, обратились
к Богу! Уцелевшие
валом повалили
в храмы (а большевики
во время войны
быстро создали
и систему церковного
управления,
и открыли многие
– хотя далеко
не все! — храмы).
Эти новые верующие
в большинстве
ничего не знали
о событиях 1927
г. и дальнейших.
Они искренне
потянулись
ко Христу, тут
же попадая в
сеть, в паутину
«патриархии»,
которая служила
антихристу…
Так,
с 1943 г начался
новый этап
действия
церкви-оборотня,
церкви-ловушки.
Ни дать ни взять
– «Трест», только
– церковный,
и в более грандиозных
масштабах! С
того времени
по 1991 г. «патриархия»
не переставала
служить антихристову
большевицкому
режиму, «горячо
одобряя» и «с
чувством глубокого
удовлетворения»
приветствуя
все мероприятия
«партии и
правительства»
СССР, вплоть
до признания
самой идеологии
(и практики)
коммунизма
как «созвучной
евангельским
идеалам», что
открыто выражено
в Послании к
50-летию «Великой
Октябрьской
социалистической
революции»
в 1967 г., а затем в
подобных же
посланиях 1977
г. и 1987 г., и множестве
иных документов.
«Патриархия»
активно разрабатывала
«богословие
революции»,
совершенно
еретическое,
где иудео-масонские
революции
объявлялись
в целом «осуществлением
заповедей
Христовых на
земле». Более
того, с 1960-х годов
по указке ЦК
КПСС «патриархия»
включилась
в еретическое
экуменическое
движение, приняв
и идейную платформу
масонского
«Всемiрного
Совета Церквей»,
и начав совместные
молитвы с еретиками
(а теперь даже
с нехристианами
любых религий),
что лишает '
священного
сана всех тех
епископов и
священников,
которые в этом
повинны. У многих
православных,
с ужасом и
возмущением
на все это
смотревших,
было однако
представление,
что, может быть
(!) все это происходит
по насилию
коммунистов,
под давлением.
Но вот в 1991 г. коммунизм
пал, КПСС была
упразднена
как правящая
партия, и Господь
даровал всем
в России полную
внешнюю свободу
в духовных и
церковных делах
(внутренняя
свобода у людей
давно и всегда
была!). И что же?
«Патриархия»
и не подумала
изменяться,
или исправляться!
Она по-прежнему
осталась служанкой
сильных мiра
сего, тех, кто
практически
держит власть.
Более того, она
стала объявлять
«братьями»
служителей
иудаистской
религии (раввинов),
то есть брататься
и родниться
с теми, к кому
переходит
власть над всем
мiром. Тем самым
с предельной
ясностью
обнаружилось,
что Московская
«патриархия»
добровольно
является «синагогой
еретической»
(как иной раз
выражаются
каноны о еретических
«христианских
церквах»), одной
из организаций
всемiрной
иудео-масонской
церкви диавола.
По указке этой
церкви «патриархия»
последовательно
ведет свою
российскую
паству в современный
Вавилон всемiрной
интеграции
и объединения,
имеющих целью
обезпечить
удобное управление
мiром грядущему
Антихристу
в собственном
значении этого
имени как последнего
губителя рода
человеческого»,
(письмо главному
редактору
журнала «ВЕЧЕ»
Е. А. Вагину –
«ВЕЧЕ» №55, 1995 г.)
Таким
образом, миф
о «Великой
Отечественной
войне» становится
бастионом
Совдепии и ее
вождей, фундаментом
концепции
«неразрывности
исторической
судьбы России»,
центром раковых
метастаз большевизма.
И именно поэтому,
этот идол нуждается
сегодня в низвержении
более всего.
Именно поэтому,
надо говорить
правду об этой
войне, как бы
она не казалась
кому-то «непатриотичной»
или «несвоевременной».
Нужно говорить
о бездарном
военном командовании
красных, трупами
своих солдат
пробивавших
путь к победе.
О несостоявшихся
надеждах на
освобождение
от большевизма,
которого очень
и очень многие
ждали от немцев.
О бесчеловечном
отношении к
собственным
солдатам, попавшим
в плен (более
2,5 миллионов
человек!). Об
узниках германских
концлагерей,
которых эшелонами
везли в лагеря
советские «за
измену родине».
О попытке многих
русских патриотов
(а вовсе не отдельных
«изменников
социалистическому
отечеству»)
использовать
войну немцев
против СССР
для свержения
коммунистического
ига. О жертвах
производимых
«союзниками»
выдач бывших
советских
граждан на
расправу большевикам.
И о многом, многом
другом, что не
позволяет по
правде и с чистой
совестью именовать
эту войну «Великой
Отечественной».
М. Кулыбин
МОНАРХИСТ-СПб